Дети подземелья (сборник)

Мы были одни; только воробьи возились кругом да ласточки бесшумно влетали и вылетали в окна старой часовни, которая стояла, грустно понурясь, среди поросших травою могил, скромных крестов, полуразвалившихся каменных гробниц, на развалинах которых стлалась густая зелень, пестрели разноцветные головки лютиков, кашки, фиалок. Дверь часовни была крепко заколочена, окна - высоко над землею; однако при помощи товарищей я надеялся взобраться на них и взглянуть внутрь часовни. Я храбро взобрался на нее, потом он выпрямился, и я стал ногами на его плечи. В таком положении я без труда достал рукой раму и, убедясь в ее крепости, поднялся к окну и сел на него. Перегнувшись через косяк, я заглянул внутрь часовни. Внутренность высокого, узкого здания была лишена всяких украшений. Лучи вечернего солнца, свободно врываясь в открытые окна, разрисовывали ярким золотом старые, ободранные стены.

Дети подземелья [1/3]

ОЧЕНЬ простое двусоставное, распространённое повествовательное предложение. Остальные ответы повест, невоск, просое, двусост.

Я же рос, как дикое деревцо в поле,- никто не окружал меня особенною заботливостью, но никто и не . Я почувствовал прилив судорожного страха.

Серия великие российские и зарубежные писатели. Права на все материалы, фотографии и книги, находящиеся на сайте принадлежат авторам или их наследникам. Перепечатка информации с сайта возможна только при размещении активной ссылки на наш сайт и уведомлением администрации ресурса о дате и месте размещения. Администратор и координатор проекта:

Обвалы обнажали склоны горы, и кое-где из глины виднелись высунувшиеся наружу белые, истлевшие кости. В одном месте деревянный гроб выставлялся истлевшим углом, в другом — скалил зубы человеческий череп, уставясь на нас черными впадинами глаз. Наконец, помогая друг другу, мы торопливо взобрались на гору из последнего обрыва. Солнце начинало склоняться к закату.

Я почувствовал прилив судорожного страха. — Подымай! — крикнул я товарищу, схватившись за ремень. — Не бойся, не бойся! — успокаивал он.

Отец, весь отдавшись своему горю, как будто совсем забыл о моем существовании. Порой он ласкал мою маленькую сестру Соню и по-своему заботился о ней, потому что в ней были черты матери. Я же рос, как дикое деревцо в поле, - никто не окружал меня особенно заботливостью, но никто и не стеснял моей свободы. Местечко, где мы жили, называлось Княжье-Вено, или, проще, Княж-городок. Оно принадлежало одному захудалому, но гордому польскому роду и напоминало любой из мелких городов Юго-западного края.

Если вы подъезжаете к местечку с востока, вам прежде всего бросается в глаза тюрьма, лучшее архитектурное украшение города. Самый город раскинулся внизу над сонными, заплесневшими прудами, и к нему приходится спускаться по отлогому шоссе, загороженному традиционной"заставой" [Застава - заграждение при въезде в город.

Устраивалась вначале для защиты от врагов, затем - для сбора денег с проезжающих. Традиционная застава - обычная застава]. Сонный инвалид лениво поднимает шлагбаум [Шлагбаум - подъемный брус, преграждающий движение по дороге], - и вы в городе, хотя, быть может, не замечаете этого сразу. Далее широкая площадь зияет в разных местах темными воротами еврейских"заезжих домов"; казенные учреждения наводят уныние своими белыми стенами и казарменно-ровными линиями.

Деревянный мост, перекинутый через узкую речушку, кряхтит, вздрагивая под колесами, и шатается, точно дряхлый старик. За мостом потянулась еврейская улица с магазинами, лавками, лавчонками и с навесами калачниц. Вонь, грязь, кучи ребят, ползающих в уличной пыли.

Сочинение на тему: Короленко «в дурном обществе» !

Из детских воспоминаний моего приятеля Подготовка текста и примечания: Отец, весь отдавшись своему горю, как будто совсем забыл о моем существовании. Порой он ласкал мою маленькую сестру и по-своему заботился о ней, потому что в ней были черты матери.

«Ответил я так же, собираясь с духом». «Я почувствовал прилив судорожного страха». «Я инстинктивно оглянулся и увидел странное.

, 08Яна Николайчук Мы вышли в экскурсию после обеда. Солнце начинало склоняться к закату. Косые лучи мягко золотили зеленую мураву старого кладбища, играли на покосившихся крестах, переливались в уцелевших окнах часовни. Было тихо, веяло спокойствием и глубоким миром брошенного кладбища. Мы были одни; только воробьи возились кругом да ласточки бесшумно влетали и вылетали в окна старой часовни, которая стояла, грустно понурясь, среди поросших травою могил, скромных крестов, полуразвалившихся каменных гробниц, на развалинах которых стлалась густая зелень, пестрели разноцветные головки лютиков, кашки, фиалок.

Дверь часовни была крепко заколочена, окна - высоко над землею; однако при помощи товарищей я надеялся взобраться на них и взглянуть внутрь часовни. Я храбро взобрался на нее, потом он выпрямился, и я стал ногами на его плечи. В таком положении я без труда достал рукой раму и, убедясь в ее крепости, поднялся к окну и сел на него.

Перегнувшись через косяк, я заглянул внутрь часовни. Внутренность высокого, узкого здания была лишена всяких украшений. Лучи вечернего солнца, свободно врываясь в открытые окна, разрисовывали ярким золотом старые, ободранные стены.

Я приобретаю новое знакомство

Редакция и подготовка тенета И. Нельзя без волнения читать эту незабываемую повесть. Она написана так правдиво, с таким горячим сочувствием и любовью к несчастным людям! Автор повести, замечательный русский писатель Владимир Галактионович Короленко , вырос на Украине, в небогатой, трудовой семье.

Подойду, – ответил я так же, собираясь с духом. Но минуту случилось нечто Я почувствовал прилив судорожного страха. – Подымай! – крикнул я .

Я приобретаю новое знакомство Мы вышли в экскурсию после обеда и , подойдя к горе, стали подыматься по глинистым обвалам, взрытым лопатами жителей и весенними потоками. Обвалы обнажали склоны горы, и кое-где из глины виднелись высунувшиеся наружу белые, истлевшие кости. В одном месте выставлялся деревянный гроб, в другом - скалил зубы человеческий череп. Наконец, помогая друг другу, мы торопливо взобрались на гору из последнего обрыва.

Солнце начинало склоняться к закату. Косые лучи мягко золотили зеленую мураву старого кладбища, играли на покосившихся крестах, переливались в уцелевших окнах часовни.

В.Г.КОРОЛЕНКО. В ДУРНОМ ОБЩЕСТВЕ. Рассказ

Моя мать умерла, когда мне было шесть лет. Отец, весь отдавшись своему горю, как будто совсем забыл о моём существовании. Порой он ласкал мою маленькую сестру и по-своему заботился о ней, потому что в ней были черты матери. Я же рос, как дикое деревцо в поле,- никто не окружал меня особенною заботливостью, но никто и не стеснял моей свободы.

Значит ли это, что я тогда уже угадал мертвеца, с которым мне будет .. светозарной луной, должен был вот-вот начаться необоримый прилив. .. Я почувствовал, как несусь по кривой вместе с нашей одинокой планетой. Судорожной волной, распрямивше мое тело, хотя я всего-навсего.

Что-то завозилось вверху, справа тряхнуло, и большая птица, взмахнув крыльями, поднялась к дыре в крыше. Часовня на мгновенье как будто потемнела. Огромная старая сова, издавна жившая в подземелье и обеспокоенная нашей вознёй, выпорхнула из тёмного угла и вылетела вон. Я почувствовал прилив судорожного страха. Но неожиданно лицо его исказилось от страха. Он вскрикнул и мгновенно исчез, спрыгнув с подоконника. Сзади я увидел странное явление, поразившее меня.

Мысль - в слове. В. Г. Короленко «Дети подземелья» .

Давай, привяжем к раме пояс, и ты по нем спустишься. Полезай сам, если хочешь. Действуя по первому побуждению, я крепко связал два ремня, задел их за раму и, отдав один конец товарищу, сам повис на другом. Когда моя нога коснулась пола, я вздрогнул; но взгляд на участливо склонившуюся ко мне рожицу моего приятеля восстановил мою бодрость.

Я же рос, как дикое деревцо в поле, - никто не окружал меня особенно заботливостью, но никто и не .. Я почувствовал прилив судорожного страха .

Сначала послышался стук и шум обвалившейся на хорах штукатурки. Что-то завозилось вверху, тряхнуло в воздухе тучею пыли, и большая серая масса, взмахнув крыльями, поднялась к прорехе в крыше. Часовня на мгновение как будто потемнела. Огромная старая сова, обеспокоенная нашей возней, вылетела из темного угла, мелькнула на фоне голубого неба в пролете и шарахнулась вон. Я почувствовал прилив судорожного страха. Но вдруг лицо его исказилось от страха; он вскрикнул и мгновенно исчез, спрыгнув с окна.

Я инстинктивно оглянулся и увидел странное явление, поразившее меня, впрочем, больше удивлением, чем ужасом.

Реферат: Дети подземелья

Моя мать умерла, когда мне было шесть лет. Отец, весь отдавшись своему горю, как будто совсем забыл о моем существовании. Порой он ласкал мою маленькую сестру Соню и по-своему заботился о ней, потому что в ней были черты матери. Я же рос, как дикое деревцо в поле, - никто не окружал меня особенно заботливостью, но никто и не стеснял моей свободы.

А снаружи уже караулил страх, чтобы сейчас же накинуться на нее, властной Наконец-то я вас застукала; теперь понятно, почему для меня у него времени нет. .. проницательности, терял самообладание и, почувствовав свое Ирена снова рванулась в судорожном рыдании, хотя муж.

Из детских воспоминаний моего приятеля Книга: Повести и рассказы Государственное издательство художественной литературы, Москва, Взято с сайта: Отец, весь отдавшись своему горю, как будто совсем забыл о моем существовании. Порой он ласкал мою маленькую сестру и по-своему заботился о ней, потому что в ней были черты матери. Я же рос, как дикое деревцо в поле,- никто не окружал меня особенною заботливостью, но никто и не стеснял моей свободы.

Местечко, где мы жили, называлось Княжье-Вено, или, проще, Княж-городок. Оно принадлежало одному захудалому, но гордому польскому роду и представляло все типические черты любого из мелких городов Юго-западного края, где, среди тихо струящейся жизни тяжелого труда и мелко-суетливого еврейского гешефта, доживают свои печальные дни жалкие останки гордого панского величия.

Лучшие Реплеи Недели с Кириллом Орешкиным #73 [World of Tanks]